В истории Люберец, начавшаяся с упоминания деревни Либерицы-Назарово в писцовых книгах 1621 года, много людей исторического масштаба - российские государи, писатели, художники. Село, названное якобы по именам владельцев - Назара и Либера (странноватое, но есть же западно-славянские Либор, Любор) - принадлежало фавориту Петра Великого Александру Меншикову, временами - двору, а, например, с середины XVIII века - принцу Карлу Петру Ульриху, будущему императору Петру III.

Пётр учинил селянам малярию

Что касается названия, то есть на этот счёт много версий - совсем шутливых и не очень. К примеру, говорят, что приезжал к люберчанам поэт Лев Ошанин и спросил о названии. Ему и сказали:

- По речке Люберке.
- А речка?
- Парни с девчатами ходили вечерами на речку. Влюблялись...

По другой версии, причастны к этому названию то ли Меншиков, то ли сам Пётр: Село, расположенное по берегу речки Люберец, было любимой вотчиной фаворита Петра I Меншикова, отсюда и название его Люберцы». Существует и другое предание, что здесь живал и Петр, который любил это место», причем именно последние слова объясняют название этого села».

Вот и районная газета «Ухтомский рабочий» в своё время писала: «Старожилы любят с усмешкой передавать рассказы, слышанные ими в далеком прошлом о том, что село основано при Екатерине Второй, которая и дала ему по одной ей известной причине такое фривольное название - «Люберцы».

В 1704 году при владельце боярине Прозоровском Люберцы размахнулись - было здесь уж 27 крестьянских дворов, два двора конюхов, двор вотчинников, двор приказчиков. Боярин оставил странное завещание - оставил село Меншикову, который вроде бы был ему не брат и не сват.

Фаворит царя, приобретя Люберцы, сразу сменил название - стало село Новым Преображенским. В те славные годы здесь на самом деле бывал Пётр - однажды, например, объявился на мельнице у сельца Михнева на реке Пехорке. Явился одетым в расшитый золотом суконный камзол, с галунами и деревянными пуговицами, в треуголке на голове, в охотничьих сапогах с длинными голенищами.

Явился, оглядел заводь и говорит мельнику: «А принеси-ка мне веревку подлиннее». Измерив заводь, он нанес какие-то знаки на бумаге, а денщик тем временем шепнул местным мужикам, инженер этот чудной - не кто иной, как сам царь-батюшка. А Петр добавил: «Не робейте, дурачьё! Выправим тут вам привольное озеро!»

Через пару недель работа закипела - по царским чертежам солдаты отгрохали мощную земляную плотину и получилось водохранилище в треугольнике Жилино-Михнево-Балятино. Оно принесло и пользы, и вреда порядком - со временем зарастало, вовращаясь к прежнему болотному состоянию, плодило комарьё и малярию. Перемежающейся лихорадкой переболело только за 1898 и 1899 годы в Жилине - 21 человек, при фабрике Шорыгиных - 93, в деревне Пехорке - 8. Когда комары-кровопийцы совсем одолело, запруду разрушили, воду спустили.
После Меншикова Люберцы отошли Дворцовому ведомству - снабжали царскую фамилию провизией, косили траву на сено, набивали лед в хозяйские ледники, перевозили кладь. В Люберцах сеяли рожь, овес, ячмень, гречиху, пшеницу, выращивали овощи, капусту и огурцы, возили на продажу в Москву. В 1734 году в селе жил 191 мужик, 50 лошадей, 22 коровы, 99 овец и коз, 5 свиней. Мужчины (как и в наше время, надо заметить) уходили в город на заработки, женщины пряли лен и шерсть, ткали холсты и сукна.

Екатерина II вспоминала о Люберцах вот что: «Мы поехали в Люберцы, имение великого князя в 12 или 14 верстах от Москвы. Бывший там каменный дом, давно выстроенный князем Меншиковым, развалился. Мы не могли в нем жить. Чтобы этому помочь, разбили во дворе палатки. Я спала в кибитке, утром с трех или четырех часов сон мой прерывался ударами топора и шумом, какой производили на постройке деревянного флигеля, который спешили выстроить, так сказать, в двух шагах от наших палаток для того, чтобы нам было где прожить остаток лета. Почти все время мы проводили на охоте или в прогулках, я не ездила больше верхом, но в кабриолете».

После пожара в императорском дворце, поскитавшись несколько недель по разным домам, снова приехали в Люберцы. «Я была зла, как собака, - писала Екатерина. - Наконец через несколько дней нам позволили ехать в Люберцы. Здесь мы считали себя в раю. Дом был совсем новый и довольно хорошо устроенный; в нем танцевали каждый вечер, и весь наш двор здесь собрался».

В Люберцах происходили одновременно две вещи: продолжался неудержимый роман Екатерины с Сергеем Салтыковым, от которого, как полагают, появился на свет будущий Павел I, а тем временем Великий князь замыслил строить здесь дворец. Заложили его на другом берегу пруда, у начала пустоши Петраковой, пригласили видного архитектора Карла Бланка. Зодчий предложил одноэтажный загородный дом, но с нужной торжественностью, с антресолями, с вместительным парадным залом, приемными комнатами, опочивальней, столовой с красивым расположением колонн.

Специально под будущее строительство примерно там же, где сегодня располагается Люберецкий силикатный завод, возвели два кирпичных заводика. Однако когда большой корпус перекрыли сводами, история взбрыкнула и понесла: умерла Елизавета Петровна, потом Пётр II, в июне 1762 года гвардейцы возвели на престол Екатерину II, а вскоре и её супруг Петр III был убит. Недостроенный дворец и вообще люберецкий «рай», связанный с удавленным мужем, стал ей отвратителен.

Люберцы стали пустеть. В центральной части села доживал деревянный господский дом, деревянный флигель для служб, сад приходил в запустение, разрушалась и каменная плотина через пруд к новому недостроенному дворцу.

Гиляровский расплачивался с кондуктором клочком газеты

Сегодня Люберцы - современный город и мощный промышленный центр.

Владимир Гиляровский, будучи репортером по отделу происшествий в «Русских ведомостях», приезжал на дачу в Краскове. Родной брат писателя Чехова Михаил Чехов вспоминал, как однажды, окончив курс гимназии в мае 1885 года, прогуливался по улице и услышал:

- Эй, Миша, куда идёшь?

Это был Гиляровский - ехал на извозчике, предложил подвезти а потом вдруг вспомнил, что ему нужно в «Эрмитаж». Так Миша оказался в летнем театре, где шел спектакль.

- Посиди здесь, я сейчас приду, – сказал Гиляровский и удалился. К Мише подошел капельдинер и потребовал билет. Никакого билета не было, и театральный стражник ухватил «зайца» за рукав и повел к выходу. Откуда ни возьмись, вырос Гиляровский:

- Что такое? в чем дело?.. Ах, билет?.. Вот тебе, миленький, билет!

- И, оторвав от газеты клочок, протянул его капельдинеру.

В тот же день Гиляровский уговорил Михаила поехать на Рязанский вокзал и затащил в дачный поезд чуть ли не на ходу. Только они расположились в купе, вошли контролеры. Миша обомлел. А Гиляровский, не поднимая глаз от газеты, оторвал от нее два клочка, как и тогда, в летнем театре, и протянул их обер-кондуктору. Тот почтительно пробил их щипцами и возвратил...

Со второй половины XIX века Люберцы - дачная местность. Деревня начала развиваться как промышленный центр после строительства завода паровых машин Томаса Пурдэ в начале XX века Городом Люберцы стали в 1925 году, потом доросли до крупного индустриального центра Московской области с населением в 158,7 тыс. жителей. Среди них, прошлых и нынешних, - Юрий Гагарин, писатель Анатолий Приставкин, певец Леонид Серебренников, Владимир Холстинин - основатель и гитарист группы «Ария», Николай Расторгуев...